Нина Сланевская. Междисциплинарная Нейронаука
русский
английский

Принимая во внимание психофизическую взаимозависимость мозга и мышления, можно предположить, что изменяя мышление, мы изменяем и состояние организма и человек может вылечить себя сам, прописав себе курс самолечения, который изменит его мышление (творчество, самогипноз, религия, медитация, направленное воображение, философская позиция на сознание и мозг, и т.д.)

 

Арт-терапия или лечение творческим мышлением

Некоторые нейроученые подчеркивают способность творческого процесса влиять на самочувствие больного и используют творчество в качестве средства для лечения без использования лекарств или в дополнении к традиционному лечению. Пациентов учат создавать самолечащие ментальные образы в соответствии с болезнью пациента. Больному объясняют болезненные изменения в его организме, и как должен работать организм в нормальном состоянии, и пациент начинает себя лечить через воображение и творческое преобразование. Чаще всего это происходит с помощью искусства – арт-терапии. Творчество – это отражение ментального состояния. Искусство имеет универсальный язык, который может быть понят и использован для выражения ментального состояния в отличие от физики или химии, которые требуют специального языка и образования. Именно поэтому лечение через творческий процесс в живописи, лепке и т.д. кажется более доступным и универсальным. Анализируя работу пациента, врач может понять без словесного объяснения проблему ментального и эмоционального состояния пациента. Предложив материал для работы, поставив задачу символически изобразить свою проблему и ее решение, врач может скорректировать само ментальное состояние. Нарисовав то, что беспокоило, пациент обнаруживает, что он сам может контролировать свою проблему, изменив краски, местоположение на картине или просто замазав то, что его беспокоит в реальной жизни. Это вносит психологическую уверенность и снимает угнетенность (Findlay, 2008). Лечение с помощью арт-терапии будет заключаться в следующем: (1) в трансформации неосознанного в осознанное мышление с помощью перевода образов в плоскость материального (живопись, скульптура и т.д.), (2) в самоанализе или анализе с помощью арт-терапевта динамики своего образного мышления, (3) в получении визуальной медицинской информации от арт-терапевта о своем физиологическом состоянии и процессе выздоровления, (4) в использовании в дальнейшем активного и преднамеренного образного мышления для построения образов, соответствующих здоровому состоянию. Ной Хасс-Коэн (Noah Hass-Cohen) предлагает следующие принципы арт-терапии для работы с пациентами: (1) творчество и движение, (2) резонанс взаимоотношений, (3) экспрессивная коммуникация, (4) адаптационный ответ,
(5) трансформация, (6) эмпатия. (Hass-Cohen, 2008b: 283).

 

 

Нейрохимия при арт-терапии

Что происходит с нейрохимией мозга при лечении с помощью арт-терапии?
Рассмотрим такие важные для организма нейромедиаторы, как ацетилхолин, допамин, ГАМК, эпинефрин (адреналин), серотонин.
(1) Ацетилхолин является нейромедиатором и нейромодулятором.
При лечении с помощью арт-терапии пациент сталкивается с новым окружением, которое вызывает активацию нейронов с ацетилхолином. Возбуждение, внимание, фокусировка, зрительная обработка и концентрация при арт-терапии способствуют синаптической пластичности, усиливая функцию запоминания и усвоения. Это состояние постепенно приводит к длительной памяти такого состояния, к эмоциональному регулированию, и другим общим когнитивным изменениям (Kravits, 2008).
(2) Допамин (дофамин)- нейромедиатор, гормон и нейромодулятор.
Допамин, как гормон, вырабатывается мозговым веществом надпочечников, и как нейромодулятор и нейромедиатор присутствует в “центрах удовольствия” лимбической системы головного мозга и в некоторых ядрах ретикулярной формации. Участвует в творческом и нестандартном мышлении, в процессах избирательного внимания, в согласованных движениях частей тела и влияет на возбуждение и высшие функции головного мозга (Carr, 2008a). При ощущении вознаграждения и удовольствия в арт-терапии все допаминовые пути активируются. Эта допаминергическая система как мотивирует добиться удовольствия, так и обеспечивает чувство награды и удовольствия, а также улучшает способность решать проблемы и добиваться цели, помогает ощутить чувство самоуверенности и самооценки.
(3) ГАМК - нейромедиатор и нейромодулятор.
ГАМК принадлежит к тормозным нейромедиаторам, снижает возбудимость нейронов по отношению к нервным импульсам, помогает достичь сфокусированного состояния, регулировать стрессовые реакции, уменьшает активность амигдалы, добиваясь позитивного отношения (Carr, 2008a). Доброжелательная атмосфера арт-студии оказывает успокаивающее воздействие на пациента.
(4) Адреналин (эпинефрин) – гормон, нейромедиатор и нейромодулятор.
Эмоциональная реакция по поводу воображаемых и новых инструментов и материала стимулирует амигдалу и выделение адреналина. Причем выброс адреналина происходит без достижения порога осознания (т.е. нет потения, изменения зрачка, сухости во рту и т.д.). Такое состояние может поощрить пациента обратиться к своей проблеме, о которой он раньше боялся думать и говорить. Арт-терапевт должен помочь и не допустить перевозбуждение и страх и привести пациента, в конечном счете, к более спокойному рассмотрению ранее угнетающих образов (Kravits, 2008).
(5) Серотонин – нейротрансмиттер и нейромодулятор.
Во время арт-терапии внимание пациента перемещается от внешнего к внутреннему. Этот процесс при успешном лечении сопровождается наступающим балансом в серотониновой системе (Kravits, 2008).
(6) Норадреналин (норэпинефрин) - нейромедиатор, гормон и нейромодулятор.
Норадреналин - это гормон мозгового вещества надпочечников и нейромедиатор, вырабатываемый, в основном, скоплением нейронов голубоватого пятна, что способствует иннервации около 70% коры и лимбической части мозга, а также продолговатого мозга, спинного мозга и нижней части мозжечка (Carr, 2008a). При арт-терапии создание новых образов в процессе творчества активизирует производство норадреналина.

 

 

Арт-терапия и пути передачи сенсорных импульсов в мозге при стрессе

Лимбические подкорковые структуры передают импульсы в скоординированной манере так, чтобы лучше достичь организованной реакции на опасность. Работа структур лимбической системы мозга очень важна для организма, как например, гиппокампа, амигдалы, гипоталамуса. Гиппокамп ассоциируется с формированием памяти, амигдала - со страхом, гипоталамус - с ответом на стресс и гормональным всплеском, таламус - с сенсорной обработкой, вентральная тегментальная область (вентральная область покрышки) - с наградой и удовольствием, ядра шва - с производством важного нейромедиатора серотонина, мост - с возбуждением и передачей сенсорного восприятия между мозжечком и остальным мозгом и продолговатый мозг - с автономными функциями, важными для жизни (Kravits, 2008).
Ответ на стресс – это отчасти автономная реакция под влиянием передачи импульсов от сенсорных систем к лимбическим.
Кэти Кравитс, со ссылкой на работы ряда авторов, выделяет прямой и непрямой пути при стрессе в передаче сенсорных импульсов (Kravits, 2008).
(1) Прямой путь.
Быстрый прямой путь идет от сенсорных импульсов через таламус прямо к амигдале в лимбической системе (Carr, 2008b; LeDoux, Muller, 1997). Амигдала обрабатывает и передает импульс, вызывая реакцию “беги или бей, или замри”. Сенсорная информация, переданная через лимбическую систему, вызывает нейроэндокринную стимуляцию основных органов, таких как сердце, легкие и т.д. Последующие метаболические изменения передаются в мозг, создавая негативную петлю обратной связи в стрессовом цикле.
(2) Непрямой путь.
Непрямой путь идет дальше от таламуса к префронтальной коре, а потом к амигдале. Непрямой путь подразумевает участие областей коры, ответственных за анализ и суждение, и вовлекает гораздо больше нейронов, поэтому ответ происходит медленнее (Carr, 2008b; LeDoux, Muller, 1997). Сенсорная информация передается коре для оценки, а это требует больше времени. Импульс затем передается лимбической системе и телу. Кора модифицирует ответную реакцию.
Кравитс приводит случай с пациенткой (Kravits, 2008: 115). Пациентка после химиотерапии, предписанной для лечения онкологического заболевания, не могла проходить без приступов тошноты мимо кабинета, где когда-то проходила эту самую химиотерапию и где ее тошнило. Каждый раз, когда она проходила мимо этого кабинета, ее опять начинало тошнить. Этот пример показывает, что активировался сразу прямой путь, который не включает когнитивное осознание, как в непрямом пути. Так как сразу активировался прямой путь, сознание и суждение не могли подавить неосознанную первоначальную реакцию. Техника релаксации может помочь прервать этот цикл. Арт-терапия же способствует релаксации и парасимпатической реакции.

 

 

Лечение онкологического заболевания с помощью арт-терапии

Предполагают, что визуализация оказывается действенным средством для лечения заболеваний из-за того, что человеческий организм не может отчетливо отличить физический опыт от воображаемого, и преднамеренная визуализация с определенной целью может вызвать специфические физиологические реакции. Существует также мнение, что создание образов, возможно, является ответом иммунной системы на стресс. Образы – есть невербальный способ выявить те неосознанные мысли, которое не поддаются сознательному контролю. Обучение пациентов, имеющих ослабленный иммунитет, с помощью визуализации (конструирования образов) выявил увеличение нейтрофилов за 90 дней тренировки у 20 пациентов больных раком, СПИДом (синдром приобретенного иммунодефицита) и вирусными инфекциями (Findlay, 2008: 213). Пациенты получали по 30 минут аудиотренинга, который включал вербальные предположения, релаксацию и визуальные инструкции. Пациентов также учили создавать, в соответствии с болезнью, самолечащие ментальные образы. Больному объясняют болезненные изменения в его организме, как должен работать организм в нормальном состоянии, и пациент начинает себя лечить через воображение здорового организма и творческое преобразование.
Финдли предлагает следующую корреляцию между состоянием больного и визуальной репрезентации внутренней проблемы:
1. Яркость красок - яркость образа и ясность указывают на эмоциональное состояние и степень контроля;
2. Связность или фрагментарность - связность визуального, содержательного и повествовательного образного представления отражает личное автобиографическое восприятие своей болезни;
3. Мастерство и контроль - эти признаки выражают отношение между клиентом и его образом, мыслит ли он себя как активный агент по борьбе со своей болезнью или проблемой;
4. Динамичность или статичность - признаки динамичности или статичности в создаваемом образе указывают либо на фиксацию болезненного состояния, либо на внутреннюю динамику и готовность к действию или само действие;
5. Степень символичности - выражается ли образ с помощью интегрированной и индивидуализированной символичности языка создателя, и какова роль полушарий в этом выражении;
6. Ресурсы (психологическая поддержка, своя собственная и межличностная помощь) - изображение внутренних и внешних ресурсов как существующих или как необходимых для будущего выздоровления.

Джоанна Финдли, арт-терапевт, приводит интересный случай излечения раковой опухоли самим пациентом в процессе творчества (Findlay, 2008). Джиму, 38-летнему мужчине, поставили диагноз рака щитовидной железы и предложили удаление железы и пожизненное химическое регулирование эндокринной системы. Его злокачественная опухоль была объемом 12 мм на 5мм и на 5 мм. Джим отказался от удаления и решил попробовать альтернативное холистическое лечение. Сохраняя контакт с его лечащим врачом традиционной медицины, он посещал традиционную психотерапию, консультировался у китайского гомеопата, использовал диету, состоящую из сырой пищи, физические упражнения и арт-терапию (терапию искусством). Перед тем, как начать лечение, арт-терапевт и Джим обговорили цель работы с образами – использование образов скорее для лечения, а не вылечивания. Джим посещал сеансы арт-терапии раз в неделю в течение 8 месяцев. Чтобы уменьшить беспокойство и воспоминание о его многочисленных жизненных стрессах, Джима научили делать прогрессивную мускульную релаксацию, используя глубокое дыхание, научили технике визуальной идентификации и амплификации. Для закрепления навыков управления стрессом, ему предложили нарисовать “Безопасное место” для него самого. Рисунок Джима изображал огороженный цветущий зеленый сад, который он знал и любил. Но в правом нижнем углу было маленькое красное пятно круглого цвета, вызывающее ассоциацию с раковой опухолью, что символизировало проблему Джима. Следующий рисунок “Автопортрет” выявил боязнь Джима рисовать. Рисование может быть сначала стрессовым опытом из-за отсутствия профессиональных навыков, но при поощрении пациента и акцентировании внимания на процессе передачи проблемы, а не на профессионализме изображения, пациент перестает бояться и постепенно учится ощущать удовлетворенность от самовыражения и контроля над своим стрессовым состоянием и проблемой через рисунок. Такой короткий стресс, который приводит к удовлетворенности, перестраивает систему гипоталамус-гипофиз-надпочечники на управляемый короткий стресс, и свой контроль над этим стрессом. Внимание и забота со стороны арт-терапевта увеличивают уровень окситоцина у пациента и контроль над стрессом. Далее в результате применения техники релаксации и идентификации самолечащих образов, “Солнечный свет” и “Свет” стали главными образами безопасности для Джима. Джим стал использовать масляную краску вместо пастели, что усилило яркость образов. Переход от пастели к масляной краске помог также усилить динамику в изображении. Красное пятно исчезло из сада Джима. Однако как пастель, так и краски продолжали вызывать стрессовое состояние у Джима. Как только он перешел на цветную глину и лепку, он стал чувствовать себя более комфортно. Лепка показала, что его уровень персонального символизма стал глубже. Он был поглощен процессом лепки, которая помогала ему выразить больше деталей и глубину. Он продолжал тему “Лечащий свет”, изображая солнечный свет, сначала с темным перекошенным центром на бумаге, затем без него и в глине. Его ритуальной практикой стала лепка “Света”, включающей кинестетическое действие - раскатывание шариков для света и изображение “Лечащего света” в виде цветка, излучающего свет. Изображение света приобрело большую интеграцию и связанность в лепке, и Джим почувствовал уверенность в работе и контроль за своим ментальным состоянием. Джим начал приходить на занятия и лепить, раскатывая шарики почти автоматически, без предварительного обсуждение цели занятия. Такое состояние уверенности в манипуляции материалом дает возможность развить новые мысли и эмоции и углубить личный символизм. Одна из сессий началась с того, что Джим слепил маленький красно-ярко-розовый плотный шарик, похожий на опухоль в натуральном размере. Затем он изобразил проникновение и поглощение этого шарика переплетающимися ветвями зеленой и желтой глины и сразу почувствовал сильный эмоциональный прилив. Он создал то, что его беспокоило, и увидел, как бы со стороны, возможность решения своей проблемы своими силами. Когда врач затем показала Джиму биологическое изображение работы клеток-киллеров и макрофагов, Джим был поражен тем, что его спонтанное изображение было точным соответствием биологическому. Работы Джима стали демонстрировать усилившуюся возможность регулирования аффектами, а также динамизм, связанность и углубление личного символизма. На одной из сессий Джим слепил изображение, состоящее из предварительно скатанных мелких цветных шариков, а затем раскатанных в тончайшие завитки и соединенных с еще пятью шариками – все это затем было объединено в одно кольцо, которое он назвал “Все в одном”. Причем, когда он работал над этим изображением, он не мог выразить словами то, что он делал. Казалось, что руки двигались сами, и материал вел его. Однако, название, которое он дал своей работе “Все в одном”, показывает, что Джим почувствовал единство всех фрагментов. Часто болезнь воспринимается как разрыв единства и гармонии, а лечение - как возвращение к гармонии и единству. После трех месяцев альтернативного холистического лечения с того момента, когда ему поставили диагноз, опухоль уменьшилась на 28 %, а после шести месяцев, она была меньше на 60%. При последней проверке его лечащий врач традиционной медицины, сообщил Джиму, что опухоль исчезла полностью.

 

 

Лечение болезни Альцгеймера с помощью арт-терапии

Энн Гэлбрейт (Anne Galbraith) и коллеги провели исследование в области небольших когнитивных ухудшений (mild cognitive impairment) при старении и ранней стадии болезни Альцгеймера (Galbraith et al., 2008). Ранняя стадия болезни Альцгеймера характеризуется потерей памяти, трудностями с языком (афазия), ухудшением в чувственном восприятии (агнозия) и ухудшением мыслительных способностей. Сенсорная стимуляция, социально-эмоциональное общение в классах арт-терапии улучшает состояние таких больных, находящихся как на ранней стадии болезни Альцгеймера, так и в случае небольших ухудшений когнитивных способностей при старении. Этому улучшению содействует концентрация внимания на занятиях искусством, приятное ощущение от социального участия с необязательным использованием языка, приятные воспоминания, уменьшение апатии, которая характеризует прогрессирование этих болезней. Нейропатология этих двух категорий больных одинакова, но более серьезная у пациентов с болезнью Альцгеймера. Это касается степени различия в атрофии в медиальной височной доле, уменьшении энторинальной коры, в метаболизме глюкозы и увеличении нейрофибриллярных распределений.
Не только рисование, коллажи, но и драматические постановки и музыка могут стимулировать нейропути, которые помогают регулировать эмоции. Изучение влияния музыки на мозг показывает, что при прослушивании музыки активируется не одна структура мозга, а целая сеть специализированных областей, которые работают одновременно при слушании музыки (Galbraith et al., 2008; Aldridge, 2000; Hodges, 2000). Правое полушарие лучше, чем левое, узнает музыкальные инструменты, и правая слуховая кора лучше запоминает ритмический рисунок. (Hodges, 2000). Однако тональная память, узнавание мелодии в правом не лучше, чем в левом. Для таких больных музыка способна стимулировать весь мозг, помогая улучшить способность удерживать в памяти информацию. Использование музыки вместе с арт-терапией улучшает состояние больного. Музыка вызывает воспоминания и рассказы, активирует мозг. Гэлбрейт для занятий с больными рекомендует упражнение “Создавая общество” (все участники пытаются добавить свое к тому, “что нужно для нашего общества”, т.е. то, что каждый хочет для своих физических и эмоциональных нужд в данном обществе).
Мозг имеет резервные возможности, и, в частности, когнитивные резервные возможности. Иногда болезнь уже началась, но еще незаметна для окружающих, так как используются резервные когнитивные возможности мозга, пока они не истощатся (Galbraith et al., 2008). Занятие арт-терапией и творчеством помогает поддержать мозг в норме и противостоять прогрессированию болезни.
Гэлбрейт рекомендует обсуждать нейрогенезис с пациентами. Это дополнительно стимулирует пациентов к кооперации с усилиями арт-терапевта, воодушевляет и придает больший энтузиазм занятиям. Она также рекомендует арт-терапевтам обсуждать с пациентами работу нейронов в мозге. Пациентам показывают картинки работы нейронов в мозгу, и как нейроны общаются между собой. Пациентов поощряют изображать коммуникацию нейронов и здоровое дендритическое дерево с новыми ветвями и передающими сообщения друг другу. Можно использовать направленное воображение, когда члены группы делали как бы внутреннее сканирование своего мозга или тела, и вслед за этим либо рисовали, либо лепили то, что они заметили во время направленного воображения (guided imagery). Гэлбрейт говорит о случае, когда один член группы сделал точный рисунок, отражающий то, что у него действительно было в мозгу, как если бы он видел мозг изнутри (Galbraith et al., 2008).


 

Направленное воображение

Предполагается, что ментальное воображение (звуков, внешнего вида и ощущений) происходит на основе информации по реальному восприятию, полученной из памяти. Мы как бы мысленно видим и слышим (не глазами и не ушами). Образы могут быть созданы путем комбинаций или путем изменения информации с использованием новых нейрональных путей, что лежит в основе творчества. Кослин (Kosslyn), анализируя нейронаучные исследования на тему “направленное воображение”, выделяет результаты трех классов исследований (Kosslyn et al., 2001): (1) исследования, подтверждающие, что воображение использует механизмы мозга, которые используются и при прямом сенсорном восприятии; (2) исследования, подтверждающие, что визуальное ментальное воображение вовлекает даже самые ранние участки зрительной коры (области 17 и 18 по Бродману); (3) исследования, подтверждающие, что воображение использует механизм, который воздействует на физиологические процессы, такие как биение сердца, дыхание, производя такой же эффект на человека, как и соответствующий воспринимаемый стимул при прямом сенсорном восприятии.

Результаты дальнейших исследований людей с поврежденным мозгом показали, что, хотя области мозга при реальном восприятии и при воображении очень близки, у них все-таки есть отличие: воображение в отличие от восприятия не требует организации обработки низкого уровня, в то время как сенсорное восприятие, в отличие от воображения, не требует активной информации из памяти. Исследования показывают, что активируются две трети одинаковых путей, если сравнить непосредственное сенсорное восприятие с воображаемым событием. Воображаемые образы, как и все когнитивные события, неоднозначны, и происходят и затрагивают разные области, в зависимости от того, что воображаешь и кто воображает. Мысленно воображаемый предмет или ментальный образ производит на психику человека такой же эффект, как и реальный. Ментальные образы отрицательного плана активируют переднюю часть инсулы, представляющую главный участок коры, имеющий обратную связь с автономной нервной системой. Ментальные образы могут задействовать те же структуры, что и реально воспринимаемые ситуации через органы восприятия. И эти структуры, в свою очередь, оказывают воздействие на события в самом организме, неважно являются ли они сенсорно реальными или воображаемыми образами. Направленное воображение используется при арт-терапии, когда пациента просят представить работу здоровых структур организма, например при лечении иммунной системы и онкологических заболеваний. Направленное воображение используется в определенных типах медитации, когда пациент создает картинки–воспоминания о счастливых моментах своей жизни, что вызывает счастливые ощущения и соответствующую нейрохимию мозга. Мышление способно лечить многие виды заболеваний биологического тела и мозга.


 

Когнитивная терапия

Джеффри Шварц (Jeffrey Schwartz) провел неврологическое исследование на пациентах, страдающих обсессивно-компульсивным расстройством (невроз навязчивых состояний). С помощью позитронно-эмиссионной томографии он обнаружил ненормальность в нейронных сетях и нейроцепочках мозга. Ему удалось добиться субъективных и объективных улучшений клинических симптомов, а повторяемые сканирования мозга ясно показали неврологические улучшения (Beauregard, O’Leary, 2007). Функциональное магнитно-резонансное сканирование зарегистрировало явные изменения особенно в префронтальной коре (Beauregard, O’Leary, 2007). Протокол лечения Шварцем обсессивно-компульсивных расстройств развивается в свете медитации “Mindfulness” (полное внимание и осознание себя и происходящих процессов в себе) и включает обучение тому, как сфокусировать внимание, и также объяснение нейрофизиологии обсессивно-компульсивных расстройств (Payne, 2009). Аргументы Шварца следующие:
(1) внимание создает ментальную силу;
(2) ментальная сила способна влиять на нейропластичность, то есть на изменения в структурной организации и предоставление ресурсов (поток крови) определенным областям мозга;
(3) ментальная сила способна сделать это благодаря квантовому эффекту (как квантовое наблюдение фиксирует определенное квантовое состояние, внимание фиксирует определенное состояние мозга, т.е., например, “желание прополоть сорняки в саду” вместо предыдущего навязчивого “подсчета банок в кладовке”;
(4) так как мы знаем, что внимание воздействует на нейропластичность, то ментальная сила является физической реальностью. (Payne, 2009; Schwartz, Begley, 2002).
Шварц развил теорию, которая по сути дуалистическая, похожая на Декартовскую. Согласно ей ментальность в форме внимания и воли прямо воздействует на физический мозг, только вместо Декартовского эпифиза (места взаимодействия души и тела) Шварц выбрал квантовый эффект в синапсе, с помощью которого ментальная сила действует на физический мозг.
При неврозе навязчивых состояний человек обычно знает, что он неправ, но совершает ритуальные поступки, потому что боится. Шварц использовал позитронно-эмиссионную томографию (использование излучения от разлагающихся радиоактивных изотопов для снятия картинки мозговой активности) и обнаружил, что проблема связана с ненормальным функционированием орбитофронтальной коры, поясной извилины и базальными ганглиями. Нейрональные пути в орбитофронтальной коре и передней части поясной извилины могут быть слишком переактивированными и “зацикленными”, выполняя одинаковый паттерн повторяемых выстрелов. Пациенты чувствуют "принуждение", как что-то навязанное им и чуждое. И такое поведение нейронов в этой области, действительно, чуждо нормальному мозгу. Успех лечения зависит от того, до какой степени человек все еще обладает разумом и может кооперироваться с врачом. Тот, кто имеет синдром навязчивой идеи, часто начинает выполнять принуждение сделать что-то один раз, но потом количество раз увеличивается, и он уже не может остановиться, хотя и осознает, что делает глупость. Убеждения не помогают, потому что “то, что было когда-то нейронной тропинкой, медленно перерастает в двенадцати полосную автомагистраль, чей оглушительный грохот распространяется на соседние нейронные области” (Beauregard, O’Leary, 2007: 128). Идея Шварца заключается в переучивании нейронов и перенаправлении на другой путь. Шварц использует нейропластичность мозга, он не просит пациентов поменять мнение, но делает так, что у них в мозге начинают работать другие нейронные пути. Например, навязчивая идея “вымой руки семь раз, а не то, что-то плохое случится с твоими близкими” – заменяется на идею “иди поработай в саду для этого”. Нейронный поток, связанный с активностью в саду, постепенно утихомиривает нейронный цикл, связанный с “помой руки семь раз”.
Пациентов не лечили никакими лекарствами, но когда после курса когнитивной терапии сделали позитронно-эмиссионное сканирование, то увидели, что у них произошло значительное уменьшение метаболической активности как в правом, так и в левом хвостатом ядре (с правосторонним уменьшением особенно значительным). Также наблюдалось значительное уменьшение ненормально высокоактивной и патологической связи между хвостатым ядром, орбитофронтальной корой и таламусом в правом полушарии (Beauregard, O’Leary, 2007). Иными словами, неправильное нейрохимическое функционирование в мозге изменилось без всякого воздействия химических препаратов, т.е. только благодаря изменению мышления.
Мозг обладает нейропластичностью, и его функционирование в какой-то степени можно перестроить благодаря силе мышления. Если мы продолжаем делать физические и умственные упражнения, то мозг продолжает хорошо функционировать до старости. Норман Доидж (Norman Doidge) делает обзор многочисленных случаев нейропластичности мозга и приходит к заключению, что наши мысли могут изменить материальную структуру нашего мозга на микроскопическом уровне, потому что мозг постоянно адаптирует себя (Doidge, 2007). Даже постоянный разговор о чем-то и воображение могут изменить наш мозг.
Такое перенаправление фокуса при когнитивной терапии помогает также при лечении депрессии (Goldapple et al., 2004). Активное психологическое вмешательство показывает значительные измеряемые изменения в церебральной активности, напрямую зависящие от намеренного когнитивного вмешательства и надежно связанные с облегчением от депрессии. Поменяйте свое мышление, и вы поменяете свой мозг и общее самочувствие.

 

 

Медитация

Медитация – это духовная практика, заключающаяся в приведении своего сознания в сосредоточенное состояние, сопровождающееся подавлением крайних эмоциональных проявлений и снижением реактивности. Дальнейшее углубление концентрации ведет к абсолютно новому состоянию, которое тоже называется медитацией, но которое может быть определено как отсутствие концентрации на объекте, при полном погружении сознания в объект или его свойства. В наши дни медитация используется в спорте, в религии, в психотерапии. Медитация способствует расслаблению, освобождению от стресса, очищению сознания от ненужных мыслей и переживаний, получению душевного покоя и внутренней гармонии. В большинстве психотерапевтических методик рекомендуется упражняться в медитации на пике мышечного расслабления (релаксации). Медитация используется также в технике самогипноза.
Нейроученые выяснили, что медитация оказывает эффект на нейромедиаторы (химические вещества в мозге). Йога для начинающих, включающая работу над дыханием и растяжку мышц, продемонстрировала увеличение уровня гамма-аминомасляной кислоты (ГАМК) на 27%, важного тормозного нейромедиатора и нейромодулятора мозга, что понижает вероятность появления депрессии или беспокойства. Медитация под названием Йога-нидра (Yoga Nidra) ведет к 65% увеличению уровня допамина (Newberg, Waldman, 2009: 55). Допамин усиливает чувственное воображение, вызывает приятные ощущения, стимулирует позитивные мысли, увеличивает чувство благополучия и безопасности. Во время таких типов медитации как Осознание (Mindfulness), Випассана (Vipassana), Прозрение (Insight), Трансцендентальная медитация (Transcendental meditation) уровень другого нейромедиатора - серотонина - также изменяется, что, возможно, влияет на усиление визуального воображения и чувственного восприятия, которое ощущают при интенсивной духовной практике (Newberg, Waldman, 2009). Трансцендентальная медитация (комбинация релаксации, дыхательных упражнений и повторения символических звуков) также понижает химию стресса – адреналин и норадреналин. Это объясняет состояние приятной релаксации после медитации.

Йог Свами Рама (Swami Rama) был изучен с помощи современной аппаратуры в институте Меннингера, США (Menninger Institute) (Lommel, 2010). Было выявлено, что Рама может контролировать и изменять автоматические и подсознательные процессы в своем теле усилием воли. Он мог изменить давление крови и температуру тела, мог управлять мозговыми волнами, доводя до паттерна глубокого сна, что было видно на его электроэнцефалограмме (EEG), мог вызвать телекинез, передвигая предметы с помощью силы мышления (Lommel, 2010: 88).
Изменения в мозге, вызванные мыслительной деятельностью, духовными практиками, медитацией, изучает “духовная нейронаука” (“spiritual neuroscience”). Исследование показало, что количественная ЭЭГ (qEEG) волонтеров, находящихся в медитации, имела больше гамма-волн, чем норма, а ЭЭГ буддистских монахов при медитации (которые уже провели десятки тысяч часов в медитации) - намного более высокую гамма-активность (25-42 Hz) особенно в области лба и с боков головы, что не исчезало после того, как монахи заканчивали медитировать (Lommel, 2010: 199). Другие исследователи обнаружили смещение по направлению к тета-волнам (4-7 Hz) в ЭЭГ во время глубокой медитации. Эти результаты указывают как на резкое изменение во время медитации, так и на перманентное изменение в активности мозга в результате нейропластичности, культивированной в течение многих лет медитации. В глубокой медитации наблюдалось уменьшение активности в теменной доле, при этом медитирующие имели чувство растворения своего “я” и единение с объектом созерцания или намерения. Оказалось, что потеря самосознания (ощущение самого себя) усиливается при намерении достичь особой цели и благодаря этому улучшается способность выполнить какую-то задачу с большим удовольствием и мастерством. В спорте это называют “быть в зоне”, а в психологии или творчестве – “попасть в творческий поток”.

 

Работа мозга при гипнозе и медитации

Гипноз - это психологический процесс, который обходит способность к критическому мышлению и устанавливает селективный тип мышления и восприятия. При классическом гипнозе у пациента зрачки расширены, и он плохо реагирует на поднесенный свет или зрачок вообще не реагирует. Есть две противоположные теории: (1) теория о специальном измененном гипнотическом состоянии до того, как осуществляется внушение при гипнозе (используются разные методы для подготовки к гипнотическому трансу) и (2) теория об отсутствии гипнотического состояния (достаточно ожидания, сфокусированного внимании, при этом используются разные методы для создания сфокусированного внимания). Если сначала идет гипнотическое состояние, а потом внушение, то кто вводит человека в это состояние: он сам или гипнотизер? Если существует гипноз на расстоянии, например телепатический гипноз, когда человек не знает о том, что ему будут передавать мысленно и находится в бодрствующем состоянии и нет монотонности или релаксации, то как такой гипноз осуществляется?
Мнения не совпадают и насчет того, можно ли людей с сильной волей загипнотизировать или можно ли загипнотизировать человека против его воли, и кто поддается гипнозу легче: необразованные или образованные люди? Многие теперь считают, что люди с более высокими умственными способностями более гипнабельны (поддаются гипнозу), так как имеют лучшую способность к концентрации, у них есть нейрокогнитивная гибкость, когнитивная эффективность, богатый запас ассоциативной памяти, поэтому их легче загипнотизировать.
Джеймс Джонс (James Jones), используя воображение пациентов при гипнозе для их лечения, отмечает, что человек формирует внутренний мысленный образ, и затем следуют психологические и физиологические результаты (изменение давления крови, работы центров мозга и химических нейротрансмиттеров) (Jones, 2005). Таким образом, внутренние ментальные образы под гипнозом изменяют физиологию человека.
Интересно сравнение механизма медитации и гипноза и эффективности их воздействия, представленное Холройдом в своей статье (Holroyd, 2003). Холройд сравнивает буддистскую медитацию с гипнозом и утверждает, что гипноз влечет за собой измененное сознание. Он считает, что сначала появляется гипнотическое состояние, а потом уже при определенной глубине изменения, т.е. глубине гипнотического состояния, идет внушение. Степень внушаемости и степень гипнабельности пациента не обязательно совпадают.

Если сравнить глубокий гипноз (Г) и глубокую медитацию (М), то получаем следующую картину согласно Холройду (Holroyd, 2003: 115).
Внимание
М – внимание на неподвижности и спокойствии, Г – свободно дрейфующее внимание.
Эмоции:
М – глубокое спокойствие, Г – отсутствие эмоций.
Мысли:
М – отсутствие бега мыслей, созерцательная концентрированность на внутреннем мире, Г – отсутствие мыслей или очень глубокая погруженность в мысли.
Ощущение тела:
М – отсутствие боли или приятных ощущений, Г – тело не ощущается.
Ощущение своей личности:
М – растворение себя в сознании, ощущение себя как наблюдателя за самим собой, стоящего за пределами опыта, Г – слияние себя со всеми или пустотой.

Холройд утверждает, что нейробиология глубокого гипноза и глубокой медитации похожа: кортикальное торможение, подтверждаемое очень медленными тета-волнами на EEG,  что объясняет отсутствие мыслей, эмоций, ощущения тела и чувств. Тета-волны связаны с состоянием, переходящим в сон. Сейчас различают тета-волны низкого диапазона (4-6 герц), которые ассоциируются с мечтательностью или переходом в сон, и тета-волны высокого диапазона (5-7 герц), которые в области фронтальной коры ассоциируются с потерей контроля за исполнением. Тета-ритм в целом отражает массивное кортикальное торможение.
Если говорить о гипнозе, то высокий диапазон тета-волн соотносится с гипнабельностью, и сила тета-волн часто усиливается, когда люди (как с высокой, так и с низкой гипнабельностью) переходят в гипнотическое состояние (Crawford, Gruzelier, 1992). Тета-волны усиливаются в различных областях коры, но особенно во фронтальной коре, которая начинает терять свои выборные и контролирующие функции. Люди в глубоком гипнозе теряют инициативу, перестают оценивать ситуацию и делать выбор. Существуют четыре главных паттерна мозговых волн (частота электрических импульсов, стреляющих из мозга): бета-ритм, альфа-ритм, тета-ритм, дельта-ритм. Современные методы компьютерного анализа электрической активности мозга позволили установить, что в состоянии бодрствования в мозге присутствуют частоты всех диапазонов, причем, чем эффективней работа мозга, тем большая синхронность (когерентность) колебаний наблюдается во всех диапазонах в симметричных зонах обоих полушарий мозга. Выдвигаются предположения, что для гипноза, например, с целью прекращения курения, борьбы с лишним весом, лечения фобий, улучшения спортивных результатов, нужен альфа-ритм. Альфа-ритм ассоциируется с закрытыми глазами, релаксацией или дневной мечтательностью. А для гипноза с целью терапевтического лечения нужен тета-ритм. Для гипноанальгезии нужны тета-ритм и дельта-ритм.

Грузильер (Gruzelier) исследовал влияние релаксации и направляемого воображения на иммунные функции (Gruzelier, 2002). Им были проведены три эксперимента по обучению самогипнозу, включающему воображение иммунной системы. В первых двух исследованиях самогипноз смягчил влияние стресса на иммунные функции студентов во время экзаменов. Грузильер также сравнил эффект самогипноза с и без иммунного воображения и пришел к выводу, что направляемое воображение в сочетании с самогипнозом дает преимущество для регулирования иммунного функционирования и настроения и наблюдается меньше случаев зимних вирусных инфекций. Например, в группе с использованием направленного воображения и самогипноза только 18% заболели, в контрольной группе без тренировки - 67%, в группе с использованием релаксации без направленного воображения - 56% (Gruzelier, 2002: 156).

Скептики считают, что человек сам себе внушает. Однако сканирование показывает разный паттерн при воображении чего-то и при реальном видении того же самого (хотя есть около двух третей одинаковых активированных областей мозга). А под гипнозом получается третий вариант: человек не видит и не воображает, но его мозг реагирует согласно воле гипнотизера, то есть нейроны ведут себя по-настоящему как в реальной ситуации, не как при своем собственном воображении, но реальной ситуации при этом  нет, есть только желание такой ситуации гипнотизером.

В статье “Третье состояние сознания” сотрудник НИИ мозга РАМН психотерапевт-гипнолог Игорь Разыграев, призывает лечить болезни, вызываемые неполадками в нервной системе (астма, гипертония, язва, ожирение) и не только эти, но и другие, с помощью гипноза (Куликова, 2005). Если в глубокой стадии гипноза пациенту внушить, что сахар в его крови нормальный, глюкотест покажет норму. По выходе из гипноза сахар долгое время будет нормальным, а курс гипнотерапии поможет либо вообще отказаться от медикаментозного понижения сахара, либо снизить дозировку в разы. Разыграев рекламирует прибор НИИ - нейроэнергометр, который определяет глубину гипнотического погружения не только у пациента, но и у психотерапевта-гипнолога, от которого зависит успех лечения (это объясняет, почему одна и та же методика работает по-разному у разных врачей). Значит, все-таки, гипноз хорошего профессионала-гипнолога - это не словесное воздействие, а передача гипнологом нужного состояния своему пациенту? Настройка гипнолога на определенную волну?
Валерий Овсянников, доцент кафедры наркологии и психотерапии Института повышения квалификации Федерального управления медико-биологических и экстремальных проблем, считает, что в настоящее время у людей наблюдается большой левополушарный перекос. Левое полушарие отвечает за анализ, формирование мыслей. Правое полушарие обычно начинает работать, когда человек наслаждается красотой природы, слушает музыку, участвует в ритуалах. Должно быть равновесие между полушариями по накалу работы для нормального спокойного эмоционального состояния (“бестревожность и удовольствие”). “Именно поэтому каждый из нас всегда ищет гипноз и находит его в чем угодно - кто-то медитирует, кто-то бегает трусцой. А кто-то пьет или колется”. У 80% наркоманов под влиянием наркотиков в той или иной мере нарушен мозговой кровоток. Уровень постоянных потенциалов мозга у наркоманов в 2-3 раза выше, чем у здоровых людей. Под влиянием гипноза этот уровень начинает снижаться. В зрительных областях коры усиливается энергетический обмен, связанный с возникновением зрительных образов. Результат: мозг начинает нормально работать и без “помощи” наркотиков. Десять сеансов гипноза, как говорит Овсянников, позволяют 40% алкоголиков в течение года не думать о возвращении к своему пристрастию (Куликова, 2005).

Телепатический гипноз.
При релаксации, трансе или под гипнозом усиливается экстрасенсорное восприятие. Гипноз часто используют для изучения пси-явлений, так как под гипнозом такие явления можно воспроизвести в лабораторных условиях и изучать.
Антропологическая литература по культурам племен сообщает, что нарушение табу и произнесение заклинания колдуном может вызвать смерть в течение нескольких дней (Mishlove, 1997). Современные исследователи приписывают это экстремальному поведению ответного синдрома на стресс, и эти случаи смерти возникают из-за внушения. Но есть и описание случаев, когда заклинание воздействует без осведомленности об этом со стороны жертвы (Mishlove, 1997).
Мишлов ссылается на советского физиолога Леонида Васильева, который сделал предположение, что телепатическое гипнотическое внушение на расстоянии может быть полезным для коррекции поведения человека, подвергающегося такому воздействию. Л.Л. Васильев в Ленинградском институте мозга проводил серию экспериментов по спонтанной и экспериментальной телепатии, в которых гипнотическая телепатия шла без слов и на расстоянии. Васильев пытался передать мысленный приказ пошевелить рукой, ногой и т.д. Васильев приводит описание опытов по внушению (экспериментальному гипнозу), выполненных им самим, И.Ф. Томашевским, А.В. Дубровским, Р.И. Скарятиным и результаты статистической обработки (Васильев, 1962). “В частности, выполнялись эксперименты на дальность. В серии из 12 экспериментов, проводившихся с 1932 по 1935 годы, гипнолог мысленно вводил подопытного в сон с расстояния от 20 метров до 1700 километров. Время реализации внушения при этом колебалось от 1 мин до 3,5 мин при усыплении и от менее, чем 1 мин до 21 мин при пробуждении” (Осипов, 2009).

 

Эффект Плацебо

Известно, что изменение электромагнитного поля ведет к изменению функционирования мозга и влияет на мышление. Если эффект транскраниальной магнитной стимуляции (TMS), как и электрической (TES), как правило, продолжается недолго, то транскраниальная стимуляция постоянным током (tDCS) вызывает постоянные функциональные изменения в некоторых частях мозга из-за своего эффекта на церебральную кору. Такой эффект используется для лечения различной патологии центральной нервной системы – неврозы, панические атаки, тики, судороги, синдром нарушения внимания из-за гиперактивности, задержка психического или речевого развития, последствия инсульта, паркинсонизм, черепно-мозговые травмы. Используют его также и в лечении депрессии, если антидепрессанты не помогают. Сканирование мозга с помощью PET (позитронно-эмиссионная томография) и fMRI (функциональная магнитно-резонансная томография) показывает, что у больного серьезной формой депрессии некоторые области мозга переактивированы, например субгенуальная поясная кора, а другие, например префронтальная кора, недоактивированы (Lommel, 2010). Помимо антидепрессантов используют и электрическую терапию (электроконвульсивная терапия или электрошоковая), при которой мощный электрический ток вызывает эпилептическую судорогу (конвульсию), а также стимуляцию блуждающего нерва или глубокую имплантацию электродов в пере- или недо- активированную область мозга, известную под названием глубокой стимуляции мозга (DBS) (например, больной пришел в себя после комы, вызванной травмой, благодаря введению электродов в таламус). Направленное воздействие магнитной энергии тоже производит подобный эффект.
Но, что интереснее всего, так это то, что эффект плацебо вызывает похожие нейробиологические изменения в мозге (Lommel, 2010: 191). Вера в то, что ты получаешь нужное лечение, вылечивает так же, как и медикаментозное лечение или электрическая и магнитная стимуляция, но только без побочных эффектов.
Эффект плацебо особенно широко используется в психотерапии, так как мозг человека посредством самовнушения легче корректирует свою собственную работу, чем работу других органов, и так как от многих психических расстройств (бессонница, депрессия, кошмарные сны) нет эффективных лекарственных средств одинаково действующих на всех и без побочных эффектов. Интересно так же то, что эффект плацебо может наблюдаться даже тогда, когда человек заранее знает, что принимает “пустышку”, но верит в сам метод лечения с помощью плацебо.
Последние научные исследования показали, что мышление может в значительной степени влиять или определять функционирование мозга. fMRI и PET сканирования мозга выявили постоянное изменение в распределении активности в некоторых частях мозга в результате когнитивно-поведенческой терапии и лечения депрессии с помощью плацебо, т.е. просто мысль о получении правильного лечения вызывала явные объективные изменения в функционировании мозга (эффект плацебо) (Lommel, 2010). Эффект плацебо наблюдался и у больных страдающих от болезни Паркинсона, а также во время использовании болезненного стимула и во время определения изменений в иммунной системе. У пациентов с болезнью Паркинсона некоторые центры мозга, благодаря эффекту плацебо, высвобождали больше допамина, который значительно сокращал мышечную скованность (Lommel, 2010). Мысль благотворно влияла на химию мозга. Функциональная магнитно-резонансная томография показывала активность в префронтальной коре благодаря поднятым ожиданиям и измененному процессу внимания.

Либерман (Lieberman) и коллеги считают, что нейрокогнитивные пути, с помощью которых действует плацебо, еще плохо изучены (Lieberman et al., 2004). Либерман использовал позитронно-эмиссионную томографию для оценки ответа мозга больного на хроническую брюшную боль (синдром раздражения кишечника) при вызванном кишечном дискомфорте до и после трехнедельного режима плацебо. Велся ежедневный дневник симптоматики для измерения улучшения. Усиление активности в правой вентролатеральной префронтальной коре (RVLPFC) после плацебо по сравнению с состоянием до плацебо, совпадало с сообщениями об улучшении самочувствия и уменьшении симптомов. Эта связь коррелировала с изменениями в дорсальной передней части поясной извилины (dACC), типично связанной с неприятными болевыми ощущениями. Это может быть объяснено тем, что активация префронтальной области мозга, обычно связанная с размышлением о негативном воздействии, возможно под воздействием плацебо, уменьшает реактивность dACC и амигдалы к негативному стимулу. Это первое исследование, которое идентифицировало нейронные пути при эффекте плацебо, а именно, нейронные пути от области в мозге, связанной с аффективным размышлением (усиление активации в RVLPFC) к области (dACC), тесно связанной с уменьшением аффективной боли (путь RVLPFC - dACC).
Ощущение боли можно подразделить на сенсорную и аффективную части в соответствии с сенсорным ощущением и неприятным чувством от этой боли (Lieberman, et al., 2004). Эти два аспекта боли имеют свои нейронные пути. Сенсорная боль в основном в соматосенсорной коре и в инсуле, а аффективная боль - в dACC. Пациент, у которого удалили dACC, сообщал, что он все еще может чувствовать интенсивность боли, но это его не беспокоит. Пациент, у которого удалили соматосенсорную кору, все еще находился в дистрессе от боли, хотя затруднялся описать сенсорные аспекты боли (Lieberman, et al., 2004).
Функциональная магнитно-резонансная томография показывает, что та же самая сеть, включающая ростральную часть поясной извилины и латеральную орбитофронтальную кору, вовлечена как в эмоциональное плацебо (т.е. аффективная боль), так и в анестезирующее плацебо (т.е. сенсорная боль) (Petrovic, et al., 2005). В нейронаучной литературе сообщают, что плацебо-ответ может быть заблокирован использованием налоксона - антагониста опиоидных рецепторов (opioid receptor antagonist naloxone), что указывает на вовлеченность эндогенной опиоидной системы при плацебо, то есть опиоидной системы, естественно присущей здоровому организму. Функциональное магнитно-резонансное сканирование обнаружило, что плацебо-анальгетик соотносится с уменьшенной активностью мозга в чувствительных к боли областях мозга, включая таламус, инсулу (сенсорная боль) и переднюю часть поясной извилины (аффективная боль). Сканирование также показало, что плацебо увеличило активность в префронтальной коре, т.е. плацебо изменяет психологическое отношение к боли (Wager, et al., 2004).
Борегар приводит пример с пациенткой (46 лет, дизайнер, размышляла о самоубийстве), которая пришла по объявлению попробовать лечение с помощью антидепрессанта нового поколения, (Beauregard, O’Leary, 2007: 140). Ее записали в группу, но не сказали, что она была в контрольной группе и принимала сахарные пилюли – плацебо. Пациентка-материалистка, воспитанная в материалистической культуре, верила только в таблетки. Но в итоге, ее выздоровление полностью базировалось на ее собственных внутренних ресурсах и мышлении. Пациентка поправилась с помощью плацебо. Единственное лекарство, которое она получала, таким образом, было “нематериальное и бессмертное”, под названием “надежда” (Beauregard, O’Leary, 2007). Плацебо обычно помогает 35-45% людей в контрольной группе, когда проверяют лекарство, и если новое проверяемое лекарство дает на 5% больше эффекта, чем плацебо, то ему дают лицензию (Beauregard, O’Leary, 2007: 141).
Далее Борегар приводит случай с болезнью Паркинсона (Beauregard, O’Leary, 2007: 142). Тремор был уменьшен с помощью плацебо: эффект был видимый, а не воображаемый. Вера пациентов в то, что они получали мощное лекарство, вызвало высвобождение допамина в больном мозге. Исследователи наблюдали с помощью позитронно-эмиссионной томографии активацию поврежденного нигростриатального допаминового пути.
Существует также эффект плацебо от фиктивной операции (sham surgery). Силвестор Коллиган (Sylvestor Colligan) из Техаса едва двигался до такой фиктивной операции на колене, которую сделали в 1994 году. После операции, он начал спокойно ходить, не чувствуя боли. Только потом он узнал, что три коленных надреза на его ноге означали всего лишь надрезы, а не операцию. Он был в контрольной группе.
Если врач не внушает уверенности, то он чаще всего наносит эффект ноцебо (негативное воздействие) пациенту. Известен эффект ноцебо при проклятьях, например исходящих от Вуду-священника (Beauregard, O’Leary, 2007: 142).

 

Ментальное целительство и религия


Как утверждают Ньюберг и Вальдман, следующие неврологические факты признаются большинством нейроученых (Newberg, Waldman, 2009):
1. Мысли влияют на неврологическое функционирование организма;
2. Оптимизм существенен для поддержания здорового мозга;
3. Позитивные мысли неврологически подавляют негативные;
4. Когда вы изменяете то, как вы думаете, вы начинаете изменять ваши внешние обстоятельства;
5. Сознание, реальность, ваше мышление и ваши духовные верования глубоко взаимосвязаны и неотделимы от функционирования мозга.

При вере в бога появляется ощущение защищенности, спокойствия и хорошего самочувствия, улучшаются взаимоотношения с людьми. Человек чувствует поддержку бога, и жизнь наполняется новым смыслом. Жизненные события трактуются с точки зрения заслуженности или определенного значения, посылаемого богом. Нейросканирование показывает, что человек общается с богом как с реально существующим (Beauregard, O'Leary, 2007). Джеймс приводит примеры и высказывания верующих, которые можно суммировать как следующие (James, 1985: 70- 71):
- “Бог более реален для меня, он более реален для меня, чем вещь, мысль или человек. Я чувствую сильнее его присутствие, если живу в гармонии с его законами, написанными в моем теле и уме. (...) Я разговариваю с ним, и он мне ясно отвечает”.
- “Бог реален для меня. Я разговариваю с ним и получаю ответы. Два или три раза он указал мне совершенно другие пути, которые я хотел и планировал”.
- “Когда я хожу в церковь, я чувствую, как будто бы он рядом, я чувствую его присутствие рядом”.
- “Бог окружает меня как физическая атмосфера. Я чувствую его присутствие”.

При более абстрактном понимании божественного используется тема Духа Бесконечной Жизни и Силы (или Бога), который наполняет Вселенную, и мы часть его жизни. Наша задача открыть себя этому божественному потоку, “прицепиться” к нему. И в той степени, в какой мы это делаем, в той же степени мы актуализируем в себе свойства Бесконечной Жизни, Силы и Разума. Ментальное целительство и медитации опираются чаще на такое абстрактное понимание Бога и на свободную волю человека. Человек живет “мерзкой жизнью” до тех пор, пока выбирает жить такой жизнью. Но человек может открыть свои каналы для связи с Божественным, если захочет, и тогда все Высшие Силы Вселенной помогут ему существовать в этом мире. Открытие каналов может произойти через творческий поток, религию, медитацию, восхищение красотой природы и т.д. Иногда эти духовные каналы открываются сами по себе, без специального намерения, когда человек сильно страдает, болеет, получает неожиданный сильный стресс, и мир предстает ему в другом виде. Он видит и слышит Бога во всем. Бог является для него единственной поддержкой, и эта искренняя вера помогает ему преодолеть трудности и  выжить. Согласно эмерсонизму Вселенная имеет порядок Божественной Души, и эта Душа – моральна, и она существует также внутри человеческой души. Это активная сила. Она настолько активна, как если бы это был сам Бог. Мы можем доверять, что она защитит наши идеальные интересы и сохранит мировой баланс.
Религиозная жизнь включает следующие верования (James, 1985: 485):
1. Видимый мир - это только часть большого духовного мира Вселенной, и именно в этом духовном мире смысл видимого мира.
2. Объединение или гармоничное взаимоотношение с более высоким уровнем Вселенной – есть истинная цель.
3. Молитва или внутреннее единение с духом – называется ли этот дух “Богом” или “Законом” (моральным, божественным, Вселенной) - это процесс, при котором совершается определенная работа, вызывающая прилив духовной энергии, следствия которой можно наблюдать в психологических или материальных явлениях.
4. С психологической точки зрения появляется новый интерес в жизни, уверенность в безопасности, умиротворение и преобладание любящей привязанности. Однако может возникнуть и утрированная форма религиозной практики, согласно которой - чем больше страданий, тем счастливей человек.

Джеймс разделяет мыслительный процесс человека на два уровня: низший и высший. Низший поверхностный связан с инстинктами, желаниями, эгоизмом, ощущениями тела, низким персональным интересом, страхом. Процесс ментального лечения опирается на высшую духовность в человеке (высший ментальный уровень) и требует определенной философии жизни. Процесс ментального лечения реализуется частично через сознание, но, в основном, через подсознание. Человек не замечает резкого изменения и чудесного выздоровления, потому что трансформация идет на подсознательном уровне.
Существует теистическое объяснение такому эффекту ментального лечения: нисходит божественная благодать. Пантеистическое объяснение (которым пользуются многие ментальные целители) заключается в том, что более узкое частное “я” сливается с более широким большим “Я”, т.е. с Духом Вселенной, как только изолирующие барьеры недоверия и беспокойства снимаются (James, 1985). Согласно же медицинско-материалистическому объяснению – более простые церебральные процессы действуют более свободно, когда им позволяют действовать автоматически без контроля со стороны более высоких процессов, которые на самом деле препятствуют результату через свой контроль.

Джеймс приводит интересный случай с пациенткой, цитируя ее собственное описание произошедшего с ней (James, 1985: 104). То, как она вылечилась, называется ментальным целительством.
Женщина была больна с детства и болела до 40 лет. Слабея с каждым месяцем, для перемены воздуха она поехала в Вермонт на несколько месяцев. В конце октября, все еще в Вермонте, однажды днем, неожиданно в ее голове прозвучали слова о том, что она излечится и будет делать работу, о которой никогда не думала прежде. Она подумала, что только Бог мог послать такие слова. Но до Рождества она продолжала чувствовать себя плохо. Она плохо чувствовала себя и когда вернулась в Бостон. Два дня спустя молодой друг предложил отвести ее к ментальной целительнице. Целительница сказала, что ничего не существует кроме души, а мы выражение Одной Души; тело представляет собой всего лишь веру в смерть, и то как человек думает, то он и есть. Пациентка не очень поняла то, что целительница ей сказала. Для себя она переосмыслила ее слова как: ничего нет кроме Бога, и что она полностью зависит от Бога, и мышление дано ей за тем, чтобы им пользоваться, она должна думать о правильном функционировании тела, и если она будет так думать и верить, то ее освободят от непонимания, опыта прошлых лет и страха. Она попробовала поесть с семьей в тот день, думая, что раз Бог дал ей желудок, он позаботится и о пищеварении. Она пошла спать, думая, что она есть душа, дух, одно целое с мыслями Бога о ней. Она впервые за много лет проспала всю ночь, не просыпаясь (люди, страдающие депрессией, обычно просыпаются в 2-3 часа ночи). Следующие десять дней она могла есть всё, что едят другие. Она постоянно внушала себе, что она есть душа и выражение совершенной мысли Бога и зафиксировала себя на здоровье. Потребовалось два года, чтобы научиться постоянно переносить мысль о здоровье на свое тело. Она научилась доверию маленького ребенка, но не забывала о своей собственной изобретенной системе борьбы с болезнью тела в своем воображении. Она полностью поправилась и не болела последующие 19 лет, когда была сделана запись рассказа. Интересно, что эта женщина смотрела на себя как бы со стороны. Она хотела убедить себя в том, что она - душа, а душа не имеет телесных болячек, поэтому она не может плохо себя чувствовать. Ее душа – это выражение совершенной мысли Бога. Иногда она видела себя зверьком на четвереньках, с выпирающими местами, там, где у нее болело, и с ее собственным просящим лицом, чтобы она удостоверилась и признала, что она больная и где у нее болит. Но она мысленно отказывалась признать себя в этом существе. И это существо просило все реже и тише и вело себя не так вызывающе и настырно, как раньше. То есть она отделила свое сознание от своего тела и лечила свое тело новым вылеченным сознанием.

А вот другой случай ментального целительства, приведенный Джеймсом, и который представляет особый интерес, так как там прослеживается телепатическое лечение без слов (James, 1985: 123-126).
Пациентка долго болела, не могла читать и писать из-за диплопии (diplopia), и, вообще, быстро утомлялась от физического напряжения. Ее лечили доктора Европы и Америки, иногда с переменным успехом, а иногда и без успеха. Она всем им верила, что они смогут ее вылечить, когда они начинали лечение. Но, тем не менее, излечить ее не удавалось. Она слабела с каждым днем.
Когда стало совсем плохо, она услышала о ментальных целителях. И хотя надежды, что они помогут, было мало, все-таки это был хоть какой-то шанс. И она попробовала. Лечение было молчаливым, мало было сказано и то малое, что было сказано, не было убедительным для нее. Если и было какое-то влияние, то это влияние исходило от того, что целительница думала или чувствовала и молча распространяла на подсознательное мышление пациентки или на ее нервную систему. На сеансах они сидели молча вместе. Пациентка, как всегда, верила в возможность такого ментального лечения. Она знала, что мысли или способствуют или мешают нервной системе организма и считала, что телепатия возможна, но не имела никакого сильного религиозного убеждения или веры в мистику. Они сидели по полчаса каждый день, сначала без результата, затем через десять дней она неожиданно ощутила прилив энергии, что-то новое в себе. Изменение пришло сразу и неожиданно. Она начала читать и ходить пешком, что не делала много лет. Через несколько месяцев она решила на всякий случай повторить курс. Но изменения носили постоянный характер. Пациентка пришла к выводу, что ее физическое состояние изменилось благодаря ее ментальному состоянию, а ментальное состояние изменилось не благодаря внушению или какому-то гипнотическому воздействию или сознательному размышлению, а благодаря получению телепатически на ментальном уровне ниже сознательного уровня более здорового и энергетически сильного отношения к здоровью от целительницы, чьи мысли были направлены на пациентку с намерением внедрить свою мысль или состояние. Она поняла, что каким-то образом, бессознательно, человек воспроизводит ментальное состояние другого и вылечивается, если получает его напрямую от более здорового. Ее болезнь была не органическая, а нервная. Но так как нервы контролируют питание, внутреннюю активность тела, центральная нервная система играет решающую роль для всего организма.

Для анализа воздействия веры на здоровье важно учитывать классификацию социолога религии Гордона Олпорта (Gordon Allport), который различает внутреннюю веру (глубокая и искренняя) и внешнюю веру (автоматическое выполнение ритуалов). Для учета корреляции веры и здоровья нужно исходить из первой категории, то есть из внутренней веры (Beauregard, O'Leary, 2007).  Важно также учитывать и различное понимание бога у людей. Согласно изучению выборочной группы американцев разных вероисповеданий и этнической принадлежности, социологи университета Бейлор, США (Baylor University) пришли к заключению, что американцы имеют четыре типа представления о боге: (1) авторитарный бог (всегда готов наказать за грехи) - 31% людей, (2) снисходительный (добрый и прощающий) - 23%, (3) критический (не вмешивающийся в людские дела, но критически обозревающий жизнь каждого и наказывающий в загробном мире) – 16%, (4) отдаленный (не вмешивающийся и не интересующийся людскими делами, это скорее Космическая божественная сила, чем персона) - 24% и (5) атеисты – 5%. Неврологическая реакция на разное представление о боге будет различаться. Негативное воздействие религии отмечается, когда бог мыслится как наказывающая реальность или критическая сила, то есть когда это авторитарный или критический бог (Newberg, Waldman, 2009).
Марио Борегар (Mario Beauregard) проводил исследование в Университете Монреаля, исследуя мозг в момент общения с богом. В эксперименте участвовали 15 монахинь-кармелиток (carmelite nuns). Сканирование и измерение происходило, когда монахини вспоминали и заново переживали свое мистическое единение с богом (цель размышлений и созерцательной практики христианских мистиков). Использовалась функциональная магнитно-резонансная томография. Мистическое состояние сравнивалось по отношению к базовому. Активировались следующие области: нижняя теменная долька (BA 40), зрительная кора (BA 18, 19), правая медиальная орбитофронтальная кора (BA 11), правая средняя височная кора (BA 21), правая верхняя теменная долька (BA 7), левая передняя часть поясной коры (BA 32), правая медиальная префронтальная кора (BA 10), левая инсула (BA 13), хвостатое ядро, левая часть ствола головного мозга (Beauregard, O’Leary, 2007: 273).
В данных количественной электроэнцефалограммы (QEEG - quantitative EEG), называемой также картированием мозга (brain mapping) было значительно больше тета-активности с тета-волнами от 4 до 7 Гц в мистическом состоянии (относительно базовой линии) в инсуле (BA 13), в правой нижней теменной дольке (BA 40), в верхней теменной дольке (BA 7), в правой нижней (BA 20) и средней (BA 20) височной коре. А также больше активности в передней части поясной коры (BA 24) и медиальной префронтальной коре (BA 9, 10) (Beauregard, O’Leary, 2007: 275).QEEG измеряет электрические паттерны на поверхности кожи головы, которые отражают паттерны мозговых волн. Эти данные могут быть статистически проанализированы и переведены в числа, а затем выражены как цветная карта. fMRI и QEEG показали, что опыт единения с богом происходит не только благодаря какой-то одной “области бога” (God spot) в височной доле, но вовлекает широкую сеть нейронных путей, включающую области мозга, связанные с вниманием, представлением тела, зрительным воображением, эмоциями и самосознанием. Эти данные показывают актуальный опыт мозга. Борегар не согласен с точкой зрения Рамачандрана (Ramachandran), что в мозгу есть место для бога или модуль, который лежит в основе заложенного эволюционного инстинкта верить в бога (идея, что религиозная вера заложена в мозг в форме этого модуля). Эта область, по мнению Борегара, просто показывает, что височная доля и лимбическая система вовлечены в духовно-мистический опыт. Эти области не создают опыт сами по себе.

(Из Н.М. Сланевская «Мозг, мышление и общество», часть 1, Санкт-Петербург, Центр Междисциплинарной Нейронауки, 2012)

Библиография
- Aldridge, D. (2000) Music Therapy in Dementia Care, London, Jessica Kingsley Publishers.
- Arambula, P., Peper, E., Kawakami, M., Gibney, K.H. (2001) “The Physiological Correlates of Kundalini Yoga Meditation: A Study of a Yoga Master” in Applied Psychophysiology and Biofeedback, 26 (2): 147-153.
- Beauregard, M., O'Leary, D. (2007) The Spiritual Brain: A Neuroscientist’s Case for the Existence of the Soul, New York, HarperOne.
- Bremner, J.D. (2006) “Stress and Brain Atrophy” in CNS and Neurological Disorders - Drug Targets, Vol. 5, No 5: 503-512.
- Buccino, G., Binkofski, F., Fink, G.R., Fadiga, L., Fogassi, L., Gallese, V., Seitz, R.J., Zilles, K., Rizzolatti, G., Freund, H.J. (2001) “Action Observation Activates Premotor and Parietal Areas in a Somatotopic Manner: an fMRI Study” in European Journal of Neuroscience, 13: 400-404.
- Carr, R. (2008a) “Neurotransmitters, Neuromodulators and Hormones: Putting It All Together” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 76-91.
- Carr, R. (2008b) “Sensory Processes and Responses” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 43-61.
- Christian, D. (2008) “The Cortex: Regulation of Sensory and Emotional Experience” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 62-76.
- Crawford, H.J., Gruzelier, J.H. (1992) “A Midstream View of the Neuropsychophysiology of Hypnosis: Recent Research and Future Directions” in E.Fromm and M.R.Nash (eds.) Contemporary Hypnosis Research, New York, Guilford Press: 227-266.
- Crawford, H.J., Gur, R.C., Skolnick, B., Gur, R.E., Benson, D.M. (1993) “Effects of Hypnosis on Regional Cerebral Blood Flow During Ischemic Pain With and Without Suggested Hypnotic Analgesia” in International Journal of Psychophysiology, 15: 181-195.
- Doidge, N. (2007) The Brain that Changes Itself: Stories of Personal Triumph from the Frontiers of Brain Science, London, Penguin Books.
- Egner, T., Jamieson, G., Gruzelier, J. (2005) “Hypnosis Decouples Cognitive Control from Conflict Monitoring Processes of the Frontal Lobe” in NeuroImage, 27 (2005): 969-978.
- Findlay, J.C., (2008) “Immunity at Risk and Art Therapy” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 207-222.
- Galbraith, A., Subrin, R., Ross, D. (2008) “Alzheimer’s Disease: Art, Creativity and the Brain” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 254-269.
- Gallese, V. (2006) “International Attunement: a Neurophysiological Perspective on Social Cognition and Its Disruption in Autism” in Brain Research: Cognitive Brain Research, 1079: 15-24.
- Goldapple, K., Segal, Z., Garson, C., Lau, M., Bieling, P., Kennedy, S., Mayberg, H. (2004) “Modulation of Cortical-limbic Pathways in Major Depression” in Archives of General Psychiatry, 61: 34-41.
- Gruzelier J.H. (2002) “A Review of the Impact of Hypnosis, Relaxation, Guided Imagery and Individual Differences on Aspects of Immunity and Health” in Stress, Vol. 5(2): 147-163.
- Gruzelier, J. (2009) “A Theory of Alpha/Theta Neurofeedback, Creative Performance Enhancement, Long Distance Functional Connectivity and Psychological Integration” in Cognitive Processing, Vol. 10, Supplement 1: 101-109.
- Gruzelier, J., Egner, T. (2004) “Physiological Self-regulation: Biofeedback and Neurofeedback” (Chapter 11) in A. Williamon (ed.) Musical Excellence: Strategies and Techniques to Enhance Performance, Oxford University Press: 197-219.
- Hammond, D.C. (2005) “EEG Patterns and Hypnotizability” in Biofeedback, Spring 2005: 35-37.
- Hass-Cohen, N. ( 2008b) “CREATE: Art Therapy Relational Neuroscience Principles (ATR-N)” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 283- 307.
- Hass-Cohen, N. (2008a) “Partnering of Art Therapy and Clinical Neuroscience” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 21-42.
- Hass-Cohen, N., Loya, N. (2008) “Visual System in Action” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 92-110.
- Hodges, D.A. (2000) Implication of Music and Brain Research. Special Focus: Music and the Brain” in Music Educators Journal, 87(2): 17-22.
- Holroyd, J. (2003) “The Science of Meditation and the State of Hypnosis” in American Journal of Clinical Hypnosis, 46:2, October 2003: 109-128.
- James, W. (1985) The Varieties of Religious Experience, New York, Penguin Books.
- Jevning, R., Anand, R., Biedebach, M., Fernando, G. (1996) “Effects on Regional Cerebral Blood Flow of Transcendental Meditation” in Physiology and Behavior, 59(3): 399-402.
- Jones, J.W. (2005) “Brain, Mind, and Spirit – A Clinician’s Perspective, or Why I am Not Afraid of Dualism” in Kelly Bulkeley (ed.) Soul, Psyche, Brain. New Directions in the Study of Religion and Brain-Mind Science, Palgrave Macmillan, New York: 36-60.
- Kandel, E. (2006) In Search of Memory: The Emergence of a New Science of Mind, New York, W.W. Norton& Company, Inc.
- King-West, E., Hass-Cohen, N. (2008) “Art Therapy, Neuroscience and Complex PTSD” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 223-253
- Konarski, J.Z., McIntyre, R.S., Grupp, L.A., Kennedy, S.H. (2005) “Is the Cerebellum Relevant in the Circuitry of Neuropsychiatric Disorders?” in Journal of Psychiatry and Neuroscience, 30(3): 178-186.
- Kosslyn, S. M., Ganis, G., Thompson, W. L. (2001) “Neural Foundations of Imagery” in Nature Review. Neuroscience, Vol. 2: 635-642.
- Kravits, K. (2008) “The Stress Response and Adaptation Theory” in Noah Hass-Cohen and Richard Carr (eds.) Art Therapy and Clinical Neuroscience, London and Philadelphia, Jessica Kingsley Publishers: 111-127.
- Kubota, Y., Sato, W., Toichi, M., Murai, T., Okada, T., Hayashi, A., Sengoku, A. (2001) “Frontal Midline Theta Rhythm is Correlated with Cardiac Autonomic Activities During the Performance of an Attention Demanding Meditation Procedure” in Brain Research: Cognitive Brain Research, 11 (2): 281-287.
- Leach, J., Gruzelier, J. (2008) “The Enhancement of Music Performance With EEG-Biofeedback: a Replication” at British Psychological Society Annual Conference, 2-4 April 2008, Dublin, Ireland.
- LeDoux, J.E. (2000) “Emotion Circuits in the Brain” in Annual Reviews Neuroscience, 23: 155-184.
- LeDoux, J.E., Muller, J. (1997) “Emotional Memory and Phychopathology” in Philosophical Transactions of the Royal Society of London, 352: 1719-1726.
- Lieberman, M., Jarcho, J. M., Berman, S., Naliboff, B. D., Suyenobu, B. Y., Mandelkern, M., - Mayer, E.A. (2004) “The Neural Correlates of Placebo Effects: a Disruption Account” in NeuroImage, 22: 447-455.
- Lommel, P. (2010) Consciousness Beyond Life. The Science of the Near-Death Experience, New York, HaperOne.
- Lou, H.C., Kjaer, T.W., Friberg, L., Wildschiodtz, G., Holm, S., Nowak, M. (1999) “A 15O-H2O PET study of Meditation and the Resting State of Normal Consciousness” in Human Brain Mapping, 7 (2): 98-105.
- Mayberg, H.S., Silva, J.A., Brannan, S.K., Tekell, J.L., Mahurin, R.K., McGinnis, S., et al. (2002) “The Functional Neuroanatomy of the Placebo Effect” in the American Journal of Psychiatry, 159: 728-737.
- Milner, A.D., Goodale, M.A. (1995) The Visual Brain in Action, New York, Oxford University Press.
- Mishlove, J. (1997) The Roots of Consciousness: The Classic Encyclopedia of Consciousness Studies, revised and expanded, Marlowe & Co. 
- Murray, J., Ehlers, A., Mayou, R.A. (2002) “Dissociation and Post-traumatic Stress Disorder: Two Prospective Studies of Road Traffic Accident Survivors” in The British Journal of Psychiatry, 180: 363-368.
- Neborsky, R.J. (2006) “Brain, Mind and Dyadic Change Process” in Journal of Clinical Psychology, 62(5): 523-538.
- Newberg, A., Alavi, A., Baime, M., Pourdehnad, M., Santanna, J., d’Aquili, E. (2001) “The Measurement of Regional Cerebral Blood Flow During the Complex Cognitive Task of Meditation: A Preliminary SPECT study” in Psychiatry Research, 106 (2): 113-122.
- Newberg, A., Waldman, M. (2009) How God Changes Your Brain, New York, Ballantine Books.
- Payne, R.K. (2009) “Overcoming an Impoverished Ontology: Candrakirti and the Mind-Brain Problem” in Janice Miner Holden, Bruce Greyson, Debbie James (eds) The Handbook of Near-Death Experiences. Thirty Years of Investigation, Oxford, England, Praeger Publishers: 197-218.
- Petrovic, P., Dietrich, T., Fransson, P., Andersson, J., Carlsson, K., Ingvar, M. (2005) “Placebo in Emotional Processing-induced Expectations of Anxiety Relief Activate a Generalized Modulatory Network” in Neuron, Vol. 46: 957-969.
- Redd, W.H., Montogomery, G.H., DuHamel, K.N. (2001) “Behavioral Intervention for Cancer Treatment Side Effects, a Review” in Journal of the National Cancer Institute, 93(11): 810-823.
- Sapolsky, R.M. (1998) Why Zebras Don’t Get Ulcers: an Updated Guide to Stress, Stress Related Diseases and Coping, New York, W.H.Freeman and Company.
- Schmahmann, J.D., (1996) “From Movement to Thought: Anatomic Substrates of the Cerebellar Contribution to Cognitive Processing” in Human Brain Mapping, 4:174-198.
- Schwartz, J. (1999) “A Role for Volition in the Generation of New Brain Circuitry” in Journal of Consciousness Studies, 6: 115-142.
- Schwartz, J.M., Begley, S. (2002) The Mind and the Brain: Neuroplasticity and the Power of Mental Force, New York, Regan Books.
- Siegel, D.J. (2006) “ An Interpersonal Neurobiology Approach to Psychotherapy: Awareness, Mirror Neurons, and Neural Placticity in the Development of Well-being” in Psychiatric Annals, 36(4): 248-258.
- Wager, T., Rilling, J.K., Smith, E.E., Sokolik, A., Casey, K.L., Davidson, R., Kosslyn, S., Rose, R., Cohen, J. (2004) “ Placebo-Induced Changes in fMRI in the Anticipation and Experience of Pain” in Science, Vol. 303: 1162-1167.
- Watkins, K.E., Strafella, A.P., Paus, T. (2003) ”Seeing and Hearing Speech Excites the Motor System Involved in Speech Production” in Neuropsychologia, 41(8): 989-994.
- Williams, J.D., Gruzelier, J.H. (2001) “Differentiation of Hypnosis and Relaxation by Analysis of Narrow Band Theta and Alpha Frequencies” in International Journal of Clinical and Experimental Hypnosis, 49: 185-206.
- Бехтерева, Н.П. (2008) Магия мозга и лабиринты жизни, Москва - С.Петербург, Сова.
- Васильев, Л.Л. (1962) Внушение на расстоянии (заметки физиолога), Москва, Госполитиздат.
- Куликова, М. (2005) “Третье состояние сознания” в Огонек, № 14, 2005.
- Осипов, В.Е. (2009) “Экстрасенсорика и парапсихология: исследования и мнения” в Научные исследования: информация, анализ, прогноз, под ред. проф. О. И. Кирикова, Книга 24, Воронеж, ВГПУ: 254–287.
- Патрушев, А.В., веб-статья, “Методические рекомендации. Формы и методы оказания психологической помощи сотрудникам ОВД, получившим ранение при выполнении служебно-боевых задач”.


 

Нина Сланевская. Междисциплинарная Нейронаука
 

| ©2009 Н.М.Сланевская I